Daddy Karlo cigarettes
Daddy Karlo cigarettes
Daddy Karlo cigarettes top secret  

Столовка.


             ПРОЛОГ.

   То что  я сейчас  собираюсь  рассказать,  с полной  уверенностью  можно
назвать диким  бредом.  Возможно.  Когда  всё это происходило со мной, мне
тоже чудилось что бредовее ничего быть не может. Однако как оказалось чуть
позже -  вся  наша  жизнь  состоит  из  таких  вот малоэстетичных деталей,
моментов и перодов полураспада пищевых продуктов.


             ПАРАГРАФ НУМЕР ОДИН.

   Учился я  тогда  в школе. Эх девчёнки и ребята.. Знаете ли вы что такое
средняя техническая  Сикозянская  школа? Мда.. Именно там я стал недобитым
сумасшедшим мутантом  - слишком  уж  отличался  от  человеческих, гномьих,
эльфийских гаденышей  и досужих  орчат.  Ну да ладно. В то утро, задумчиво
закидывая какие-то  тетрадки  и книги в полителеновый мешок, я ожесточённо
отгонял от себя крамольные (идеалогически невыдержанные) мыслишки типа: "а
может сходить в школу, а то уж три недели обхожу её за километр?".
   Раскуривая табачок,  я съежившись  от  утреннего  холода  шел  в город.
Девятиэтажка, что  стоит  напротив  загса,  третий  подъезд слева - на мой
взгляд самое  тихое и спокойное место в городе - здесь можно было спокойно
почитать, подумать,  покурить,  написать  что-нибудь  на  стене  и наконец
поспать.
   Забравшись на  площадку  седмого  этажа и вдоволь налюбовавшись мутными
видами из-за  грязного  окна,  я в  конце-концов  уселся на кафельный пол.
Обшарпанная книга  по  палеантологии  от  тепла  моих  рук  заурчала  и по
дружески  улыбаясь   окутала   меня   атмосферой  палеозоя.  Но  не  долго
продолжалось  моё   счастье:   шумные  шаги  на  лестнице  заставили  меня
насторожиться -  от  этих  досужих и противных жильцов скворечников ничего
хорошего ждать  не  приходится. И вот шаги максимально приблизившись вдруг
замерли.. Я долго и настороженно прислушивался.
   -Странно, -  подумал  я. - стоит, но в квартиру не заходит и в вещах не
копается и не курит! Здесь он не живет!
   У меня  зачесался нос - верный признак того, что пора сматывать удочки.
Уверенным шагом  я двинул вниз и.. этажом ниже я увидел нечто, от чего моя
челюсть отвисла. Впрочем у того, что я увидел, челюсть отвилса тоже.
   -Кузмич ёпсель-мопсель!  - (Кузмич  мой  брат  по  разуму.)  В школе мы
учились в одном классе и сидели за одной партой. Он тоже недобитый мутант.
Кстати он  установил  городской  рекорд  по  прогулам  школы  (с  нашим-то
ублюдком  директором!!!)  в три  месяца.  - Ты  где  пропадал?  Почему  ты
здесь?!
   Челюсть его  закрылась. Я подал ему руку и крепкое рукопажатие выдавило
из наших лёгких смех.
   -Да вот  Зы,  - он  мотнул  таким  же  пакетиком  как и у меня. - Учусь
помаленьку!
   -А-а-а-а.. Ну-ну.  Кстати  наша  крыса  (классная  руководительница) по
слухам пылает желанием..
   -Ну это для меня не новость! - прервал меня Кузмич.
   -.. видеть  нас  в школе,  а то..  Кстати  наш  класс  на  этой  неделе
дежурный.  (в   обязанности   дежурного   класса   входит:  драить  школу,
обслуживать столовую и проверять наличие тапочек на входе.)
   -Плевал я на эту...... - ..... в... школу!
   -Я тоже, но нужно хоть ради приличия отметиться. Пойдем?
   Кузмич сморщился  в мучительных  раздумьях, принимая тяжёлое решение. Я
воспользовавшись  моментом   достал   кусочек   газеты   и  кисет  табака.
Основательно прокоптив  площадку  мы  вышли  во двор и двинули в школу. По
дороге мы подробно обсудили условия прибывания в школе.
   -На математику мы уже не успеем. - сощурившись сказал Кузмич..
   -Прекрасно! А то у меня от Ехидны непроходимость.. - вставил я.
   -Потом у нас история и тихий час..
   -Шо за тихий час?
   -Русский-литература..
   -А-а-а! Прелестно!!!
   -Ну а иняз.. - Кузмича передёрнуло. - Ты как хочешь, но к Разе Заразе я
не пойду ни за что!!!
   -Согласен.


             ПАРАГРАФ НУМЕР ДВА.

   Входные  двери   пронзительно  скрипели  за  нашими  спинами.  По  всей
видимиости звонок  на  урок  прозвучал  совсем  недавно:  редкие  учащиеся
быстрым шагом  расходились  по лестницам и коридорам в кабинеты. Пока мы с
Кузмичем соображали,  где  находится кабинет русского языка, нас подловила
ублюдочная директрисса по фамилии Шнайдер.
   -А вот и наши пропащие материлизовались! - ощерилась та.
   -Здрассьте. - обречённо поздоровался с ней Кузмич.
   -От лица педагогического коллектива хочу выразить вам благодарность, за
столь любезный жест с вашей стороны..
   -Знаете мадам  Шнайдер,  - сказал  я ей.  - нам  льстит ваше внимание к
нашим персонам,  но  совмещать  неприятное с бесполезным это слишком, даже
для таких  утончённых  экспертов в кретинизме как мы. Поэтому мы вынуждены
откланяться  и  незамедлительно   отправиться  к Крокодилу  (преподователь
истории с крепким ударом правой).
   Я и  Кузмич оставили переклиненную директриссу в холее, дабы её куриные
мозги,  смогли   бы   хоть   как-то   переварить   услышанное   и  сделать
соответствующие оргвыводы.  Малость поколебавшись перед кабинетом истории,
нам пришлось  всё  же  постучаться и войти внутрь. Кузмич спрятался за мою
широкую спину  от  тут же нахлынувших насмешек и мерзопакастных физиономий
однокласничков. Крокодил  судорожно  закопался в карманах педжака, вытащил
футляр с очками и нацепил их на себя.
   -Японский городовой!  - всматривался  он  то  в Кузмичевские  очертания
лица, то  в мои.  - Я  наверное  что-то  не  то съел или я сошёл с ума?! -
Крокодил потрясённо вытерал вспотевший лоб.
   -Можно? - лаконично спросил я.
   -Можно. -  махнул  рукой  Крокодил.  И пользуясь  моментом,  пока он не
передумал, я и Кузмич засели на передней парте вытаскивая из своих пакетов
листочки бумаги.  Кузмич  как  всегда  тут  же  углубился в дебри каких то
теологических манускриптов.  Философ  сопливый! Это я в том смысле, что он
ужасно зашмыгал носом, вытерая сопли при этом об свою рубашку.
   -Ну  так,   - Крокодил  встал  около  доски  и с  непронициаемым  лицом
всматривался в  класс.  - домашнее задание у нас было "война 19 века между
орками и людьми". Кто будет отвечать?
   В коридоре послышался душераздерающий крик предсмертной агонии.
   Все как один вжались в парты и делали вид, как-будто они здесь случайно
оказались. Я  весь  позеленел,  прямо  под цвет парты. Мимикрия понимаешь!
Крокодил разочарованно прошёлся к своему столу и уставился в журнал.
   -Кузмич, к доске! - вздохи облегчения пронеслись по классу.
   -Я. - сказал Кузмич.
   Выпинав  Кузмича   с парты,  я прикрылся  книгами  и начал  нашёптывать
мерзости по поводу его происхождения.
   -Ну эта.. - замялся Кузмич.
   -Да-да! - оскаблился Крокодил.
   -Значить Великая война с орками произошла в 19 веке!
   -Кретин!!! - захлёбывался я в смехе.
   -Орки значит,  казлы  и негодяи!!!  И люди  их победили, потому что они
казлы!
   -Кто казлы? - запутался Крокодил.
   -Ну орки.  Их кишки хорошо вспарываются мечами изготовленными в Арноре.
А потом  окри и люди заключили мир.. Хотя по-моему они все казлы и их всех
нужно перерезать!
   С дальних парт послышалось шипение.
   -Все?! - спросил Крокодил.
   -Ага.
   -Ну садись.
   Я пожал Кузмичу руку и отвесил ему щелбана. А он мне врезал в ухо.
   -Прекратить! - сверкнул зубами Крокодил.
   Мы испуганно  вжались  в парту.  Крокодил  встал  и совершая  моцион по
кабинету рассказывал  о движении интернационалистов и как их всех геройски
поперевешали. Скукатища  была  страшная.  Мы  с Кузмичем  обменялись парой
крепких ударов.  Тут  я ему  так залепил, что тот вылетел из парты. Кузмич
быстро сел обратно и уже снял армейский ремень.. И тут над нами показались
две волосатые ручищи Крокодила. Он схватил нас и потащил к двери. Ногой он
выбил дверь и вышвырнул нас. Я приземлился на голову, Кузмич где-то рядом.
Ещё что-то летело за нами - книги по всей видимости. Дверь закрылась.
   -О, а что вы делаете тут?
   Я застонал, когда узнал голос железной леди.
   -Отдыхаем мадам Шнайдер. - Кузмич пошатываясь встал.
   -Да ну?!
   -Извините.. - я благоразумно решил смыться.
   -Стоять!!!
   -Ахтунг, ворнинг  - Шнайдер  из  ризинг  хелл!  - кричал  улепетывающий
Кузмич.
   -Я-я дас-ис-фантастищ, фунциклиген! Кэс ту са куинто унто классо!

   -Эй, вы чего арёте? А? - высунулась хитрая рожа завхоза из подсобки.
   -Да так, - ответил я. - голос разрабатываем.
   -Музыканты? А?
   -Ага. - пробасил Кузмич.
   -Ну заходите. - завхоз сделал приглашающий жест.
   В этой  коморке  сильно  воняло  краской и древесиной. Михалыч засел за
стол и весело затароторил о своём.
   -А что это вы в бильярд гоняете?
   -Чего? - одновременно озадачились и Кузмич и я.
   -Ну руки у вас в карманах, небось так и при девках шары катаете? А?!
   -Ах это!  - облегчённо выдохнул я. - Так привычка Михалыч такая - стиль
жизни.
   -Ох везёт вам молодым, небось за девками бегаетя, любовь крутитя? А?
   -Да и ты Михалыч не такой уж и старик!
   -Да-а-а.. А  я вот,  - он  наклонил  голову  и показал  вмятину от вида
которой  меня  передёрнуло.  - ..  помню  на  Курской  дуге  зацепило  мою
головушку осколком  снаряда..  и ступню оттяпало. Год валялся в госпитале:
еле отходили  меня доктора. - завхоз постукал пасатижами по протезу. - Вот
и мыкаюсь  с дырой в голове, заплатку мне титановую туды поставили.. А щас
вот   сердечко    забарахлило,    -   он   вытащил   из   кармана   рубахи
электро-стимулятор с  проводами  и грустно  улыбнулся. - Ну-да хрен с ним.
Что бы вам показать? А?
   -Ну-у-у.. - замялись мы.
   -О! А!  - он  полез  на  полки  и порывшись  там, вытащил футляр из-под
балалайки. - Я тут учусь по-маленьку играть. Вот смотрите!
   Я  присел   на   контейнер  с радиоаппаратурой  и приготовился  внимать
исскуйство, в  отличии  от  дрыгающегося Кузмича, которому не в терпёж как
хотелось поскорее отделаться от завхоза.
   Михалыч ударил по струнам и запел:

   Све-тит меся-а-ц све-е-тит ясный,
   све-е-е-тит меся-а-ц рас-прекрасный!
   А де-э-вка парня-а полюбила-а,
   а па-рень девку...

   Ох как  распелся  тогда  наш  завхоз  помню!  Как  он наяривал вариации
всякие. Я  там  чуть  ли  не  плясал! Даже Кузмич соизволил прихлопывать в
ладоши!

   Минут через пятнадцать отбрынчали последние аккорды.
   -А?
   -Ну ты даёшь Михалыч! - я пожал ему руку.
   -Нам пора. - буркнул Кузмич.
   -Ну пацаны, заходите коли что. А?


             ПАРАГРАФ НУМЕР ТРИ.

   Хорошо выспавшись  на  литературе,  мы  уже собирались по-домам. Однако
наша  классная   руководительница,   в  жизни   нежнейшее  и безобиднейшее
создание,  принудила   нас  посетить  урок  иносранного  языку,  изощренно
обматерив и  припугнув исключением. Ещё она приказала нам явиться завтра в
"гражданской" одежде на дежурство в столовой.
   В хранилище  знаний  я отпоил  Кузмича корвалолом и пообещал взять весь
удар на  себя.  Собственно  хранилще  являлась  тем единственным уголком в
школе, где  можно  было оградиться от созерцания тупорылых рож и атмосферы
растления душ. Хранительница была нашим другом и приятным собеседником. Но
коррумпированная администрация  в лице завхоза и директриссы Шнайдер плели
гнусные интриги вокруг ее скромной персоны. Они давно бы её вышвырнули, да
только ей были известны некоторые факты расхищения школьного имущества..
   В хранилище,  по  большей  части,  мы  занимались  вырезанием носителей
знания. Могу  доложить, что в этом деле мы преуспели весьма! Хранительница
часто заводила  разговор,  что  мол вот, молодёжь пошла, вырывает знания с
корнями и потрошит вековую мудрость. На что мы с Кузмичем осуждающе цокали
языками и гневно осуждали варварское поведение школьников.

   Я содрогнулся, когда грянул звонок. Кабеля Павлова однако!

   -Пагле  ву  фганце?  - золотые  зубища  Разы  Заразы,  отражали  тысячу
солнечных зайчиков прямо мне в лицо.
   -Ну вы  в натуре даете, Раза Заразовна, - огрызнулся я. - Жэ вудрэ нихт
фирштейн! По-любому! Предиктум отиум. Андерстенд?

   От колесования меня спас Кузмич.
   -А зачем  вообще  нужно  учить  этот  язык? С ним же никуда не сунешся!
Империалисты там в европопе, говорят на английском. И вообще: итальянцы не
любят немцев, немцы терпеть не могут французов, французы ненавидят и тех и
других, и все вместе враждуют с испанцами. А демократия лучше Лукинизма!
   Разу Заразу  переклинило. Она сурово запела интернационал. Я облегченно
вздохнул: теперь  она  не  скоро  выйдет  из  транса.  До  конца урока она
рассказывала на  французском  о жизни  великого  философа  и политического
деятеля 20-го  века  - о  Лукиче  Володимировиче  Улюлюкове  - чей портрет
лукаво ухмылялся  прямо  над  доской.  Она  преклонилась  пару  раз  перед
портретом, поцеловала молоток нарисованный на флаге возле портрета и.. тут
прозвенел звонок. Out.


             ПАРАГРАФ НУМЕР ЧЕТЫРЕ.

   -Привет Кузмич!
   -Здорова.
   В столовке  воняло  фикалиями  и какао.  Толстож.. э-э-э, жирные орчихи
проворно сновали  туда-сюда  с ёмкостями  для  отравы и весело галдели при
этом. А  аккустика, доложу вам, в зале столовой не хуже чем в кромвельском
дворце съездов.  Посему все ихние разговорчики фиксировались и принимались
к сведению.
   Одна из орчих разрубив топором кусок баранины бросила реплику:
   -Совсем как мой муж!
   -Ха ха-ха! - дружно затряслись мегатонные молочные железы подружек.
   -В натуре! - усмехнулся Кузмич.
   Практически осмысленная  речь, если не вдаваться в подробности строения
мозга сих  созданий.  Из  группы толстушек отделилось существо и подошло к
нам.
   -Пора завтрак накрывать..
   Это был  шок.  В смысле сам вид существа: две лапы.. окорока в тапочках
расширялись вверх  до  задницы,  где  принимали  форму  глобуса,  всё  это
тянулось в верх около 60 сантиметров, где буферировалось пятикилограмовыми
мешочками грудей, плавно переходя в толстую шею на которой одиноко торчала
маленькая голова  с зелеными  глазами и внушительной бородавкой на носу, в
центре которой, красовался чёрный волосок.
   Кузмич затрясся как паралитик.
   -Ну-ну, - успокаивал я его. - не надо. Всё в жизни проходит, к чему так
волноваться? Вспомни речку, как она журчит, как ты босиком ходишь по ней и
собираешь камни..
   Кузмич заплакал.
   -Чего это с ним? - непонимающе высказалось существо.
   -Это у него нервное..
   -А-а-а. - соочувственно пошевелились груди.
   -Клавва! - заорала та. - у нас тут психический! Тут ворочая мускулистой
ж.. ээ,  попой,  прискакала  эта  самая  Клава.. Кузмича чуть кондратий не
хватил. Ему запихали в нос нашатырный спирт и брызгали в лицо уксусом.
   Кузмич встал.
   -Нормально? - спросила Клава.
   -Угм. - отмахнулся он от неё.
   -Ну давайте, осталось 7 минут.
   Нас подвели  к чану  с жутким варевом и вручили ржавый чайник, объясняя
суть технологии.  Собственно  говоря от нас требовалось расставить стаканы
по столам  и наполнить  их  жидкостью  из  чана.  И разложить  на подносах
коржики. К чему мы быстренько приступили.
   Доблестно раскидав  гранёные  стаканы и разлив алхимические реактивы мы
присели отдохнуть.
   -Мда.. - сказал Кузмич и высморкался в фартук.
   -Дай казлу капусту, он и её сожрёт. - сморозил я.
   А тут  нам  бац  по  мозгам - звонок. Что-то приближалось.. Далёкий шум
превратился в  ураган  и вскорости  стадо  баранов  (учеников)  влилось  в
потесневший мирок столовой.
   -Аууу, аууу,  и мне..  шааа..  трах..  бля-бля..  нааааа..  - кипело  в
стаде.
   Челюсти жевали, руки хватали, где-то билось стекло..
   -Кранты. - подумал я.
   И тут  началось.  На специальную стойку для "отведанных явств", сотнями
заваливалась груда  полупустых  стаканов  с коржиками  внутри.  По  стойке
лились обильные  ручьи жидкости и стекая в специальное углубление, уходили
в щели  на  полу.  Я и  глазом  не  успел моргнуть, как стадо с баранами и
рёвом, в  обратном  порядке исчезли в недрах школы, оставив за собой башни
из стаканов, неприятный запах и лужи пролитого пойла на столах.


             ПАРАГРАФ НУМЕР ПЯТЬ.

   Мы усиленно  таскали  стаканы  в мойку  и сливали  остаточный продукт в
алюминевый бидон,  когда в столовую вошла Хилдеева Антуанетта Павловна. Не
подумайте ничего такого, но это была наша однокласница. Сейчас я её опишу.
Одевалась она  всегда  скромно,  но по моде. Губы красила исключительно на
подсознательном уровне.  Толку от этого мало, а расход косметики ой-ой-ой!
Потому как  любому  здравомыслящему существу, не при каких обстоятельствах
не пришло  бы  в голову иметь с ней эротические (даже платонические) связи
или отношения.  Тушь  на ресницах била любому мужику кипятком по... Вобщем
красавица хоть куды! Но самое интересное.. Ноги у ей всегда как-то колесом
ходили. Кузмич  говорил  мне  как-то,  что  аппарат  у того кто её, э-э-э,
ласкает, доходит и упирается ей прямо в матку, оставляя в запасе шланговую
длину, половинной  остаточности.  Поэтому якобы после интимных дрыганий, у
неё там мол, несмыканиё..
   -Здравствуй дорогая  ты моя Антуанетточка. - лилейным голосом заговорил
я с ней.
   Она чуть  не рубанулась от таких моих ласковых слов. Рот её раскрылся и
пустые  глаза  лягушки  подозрительно  стреляли  в меня.  Я подметил,  что
отвисшая челюсть  придаёт  пикантную  сексуальность  её  длинному  носу, а
поставленные широко ноги что-то мне шепчут.
   Кузмич вовремя  дал  мне  пинка  и я  с благодарностью  пожал ему руку.
Халдеева так и не закрыв рта выбежала из столовки.
   -Эй, тормози! - крикнул Кузмич. - А чо ей было надо?
   Я  пожал  плечами  и дал  пинка  Кузмичу,  пояснив  это  необходимостью
работать:
   -Дабы никаких притензиев нам не предъявляли!

   На этот  раз,  инфернальные  недра  столовки  исторгли  чай  и сосиски.
Собственно говоря  всё  повторилось.  Разница  ощущалась лишь в том, что в
пустые стаканы  засовывали и коржики и сосиски. Как и в первый раз, задача
состояла в  том,  что-бы  отделить  стаканы от утрамбованных в них пищевых
продуктов. Все  шло  вроде не плохо, пока мне не стало ясно, что бидон для
отходов  переполнен  и превышает  все  допустимые  нормы  антисанитарии  в
эстетическом плане.  Это  означало,  что  как  не крути, его нужно нести в
говнюшник  (контейнер).   И вот  взявшись  двумя  пальцами  за  обляпанные
овсянкой ручки я и Кузмич осторожно понесли переполненный и пахнущий бидон
на "слитие".
   -Холодно блин  на  улице!  - думал  я извергая из ушей пар. - Снег этот
скрипит под  ногами,  вороны  каркают  и еще в задницу ветерком поддувает!
Природа понимаешь!
   -Однако свиньи чистоплотнее многих людей! - молвил Кузмич.
   -То-то я смотрю ты такой чистюля и сморкаешся всё время!
   -Чего? - ощерился он.
   -Я говорю, что ты, в смысле ишак!
   -А ты кретин!
   Мы  бы   обязательно   подрались  бы,  но  тут  пред  нами  нарисовался
говнюшник.. Да  и холодно яп тебя за ногу - аж бидон дымится! Мы осторожно
подняли ёмкость  и наклонив  пролили  содержимое  в говнюшник. Причём вонь
поднялась такая,  что  Кузмич  тут  же  вывернуло  прямо  на  меня. Тут же
вывернуло и меня. Прямо на Кузмича. В контейнере плавали и борщ и кисель и
хлеб и буряки с сосисками в перемешку.
   -Чисто в натуре, как бы, типа, вроде это, по-любому..
   Это был наш однокалсничек - Мудила Сосулькин.
   -Чо надо? - спросил я быстро вытераясь от блевотины.
   -Курить есть?
   -Конечно, дружище..  - Кузмич  интеллегентно  поправил  оправу  очков и
долбанул  его   бидоном  по  харе  (дабы  продемонстрировать  добрую  волю
миротворчества и созидания в процветающем мире.. Что это я несу?).


             ПАРАГРАФ НУМЕР ШЕСТЬ.

   Хорошо что  на  нас  были фартуки! Желудочные причуды были отражены ими
весьма эффективно.  Однако оставался еще обед - армагеддон и аппокалипсис,
апофеоз так сказать сего действа!
   Обливаясь потом  мы  с Кузмичом  бегали  как  угорелые  по  столовке  -
разносили тарелки  со  жратвой.  Прозвенел звонок. Двери предусмотрительно
были заперты  на  ключ упитанным существом в белом колпаке. Весьма кстати.
Потому как  вскоре,  в корридоре набилось стадо баранов, злобно кричащих и
бесснующихся. А  вид  этих  вдавленных в стекло лиц! "Восставшие из ада" -
невинные агнецы, по сравнению с этими лицами!
   И вот наконец, как говорится "кушать подано, садитесь жрать!"...
   -Можно запускать! - крикнул я.
   Вы видели  как  в кино  запускают  ядерные ракеты? Примерно так же была
произведена операция вскрытия дверей!
   -Аууу, та-да-да, и мне.. уау.. шааа.. трах.. бля.. нааааа..

   На этот раз, наши сверстнички-стервятнички наваляли "будь здоров".
   -Ну чего стоите?! А ну работать, сволочи ленивые.

   Вслед нам раздавались угрозы и ругательства.
   Кузмич пошел  в хранилище  за  нашей  одеждой, а я остался ждать его. Я
задумчиво прогуливался по коридору, когда мой острый слух уловил хлюпание.
Тихий шумок  привел  меня  под  лестницу.  Там,  забившись в угол сидела и
рыдала девчёнка.  Ничего-так  себе,  в смысле  не  дурна глазу. Ну я ж как
истинный джентельмен, не смог пройти мимо.
   -Эй, ты чего?
   Хныканье смолкло и на меня уставилась пара блестящих глаз.
   -Вали отсюда, пока цел!
   -Мартышка! - грустно подумал я.
   Я достал платок из педжака и вручил девице.
   -На вот, сопли подотри.
   -Ты  щас   получишь  по  мозгам!  - с  отвязанностью  девочки-подростка
ответила мне эта кошка.
   Я уж  собирался  подставить  ей  свое  мощное  мужское  плечо,  шоб она
поплакалась, но этот урод Кузмич слишком быстро вернулся.



             ПОСЛЕДНИЙ ПАРАГРАФ.

   Наша классная  дама,  так  сказать,  странное  существо. Этот маленький
пушной    зверёк     с    невообразимой     психологией    и   немыслимыми
морально-этическими   нормами!   Она   воображает   из   себя   культурную
интеллегенцию; говорит  всегда правду; имеет маразматические представления
о чести  и достоинстве.  И при  этом  имеет воинское звание, симпатизирует
всякой мрази  и ублюдкам,  мать двоих детей и верная жена, верит в домовых
и привидения,  красится косметикой и свободно владеет недокументированными
глаголами и словосочетаниями разговорной русской речи.
   В этот  раз  она продемонстрировала всё свое обояние и сексуальность (в
смысле  стервозность).   Нашла   понимаешь   крайних.  Драить  целый  этаж
понимаешь!

   Швабра в  моих руках проделала серию причудливых перуэтов, разбрызгивая
грязные капли  по  белым  стенам.  Кузмич  тоже  махал шваброй и истерично
посмеивался. Этот момент я никогда незабуду: серость жизни предстала предо
мной явью.  Полутёмный  стометровый  этаж  освещался  хреновеньким  зимним
светом через треснутые окна по обе стороны коридора и холодил моё сознание
молчаливым безразличием.  Ощущение  усиливалось  протяжным  эхом и грязной
водой в  ведре,  в которое  мы окунали грязные тряпки и елозили скрипящими
швабрами по грязному полу.
   -Эх Кузмич, - продекламировал я. - почему мне так плохо?
   Кузмич задумчиво почесал голову и ответил:
   -Потому что ты дурак.
   -Возможно.  -  усмехнулся   я мрачно.  - Но  лучше  быть  дураком,  чем
ублюдком. Никогда об этом не задумывался?
   -С такими  мировоззрениями  Зы,  тебе ни одна баба не даст! - язвително
скривился Кузмич.
   -А я ее женским ногораздвигателем!
   -Э?
   -Клюквенная настойка!
   -И куда ее вливать?
   -Ноу-хау!
   -Сам ты..
   -Можешь не обольщаться Кузмич: тебе точно ни одна баба не даст и будешь
ты до  конца  свих  лет,  заниматься любовью со своими корявыми и вонючими
дрочами!
   -Да пашёл ты! - обиделся Кузмич.
   -Мало того,  - добавил  я.  - на  тебя  даже ни одна баба не посмотрит.
Разве что какая-нибудь сбрендившая садомазахистка возьмёт тебя в оборот. А
так - быть тебе драчуном всю жисть!
   -Гандон! Вот ты кто.
   -Могу посоветовать  завести  собаку..  Ну  на  крайний  случай  корову!
Конечно это уже зоофилизьм, но только так ты сможешь реализовать.....


             ЭПИЛОГ.

   Швабра сломалась.  Прошло  много лет. Крыса Шнайдер теперича работает в
органах правопорядка:  занимается уголовными делами малолетних подростков.
Кузмич  вступил  в ряды  америкацкой  секты  и уехал  в Гондурас.  Недавно
прислал фотку,  где  он  с женой  и маленькими Кузмичами. Пишет, что ихняя
вера, позволяет  занимацца сексом, сколько хочешь. Его выбрали наставникам
общины и теперь он слегка потрухивает всех молодых неофиточек..
   Ну  а  я,   окончательно   крызанулся   с  катушек  и пишу  мемуары,  и
прикалываюсь  над   Кузмичем   - над  самым  крутым  мыслителем  в истории
человечества, после меня конечно :+)
daddy karlo © 1998
copy